Павел Арсеньев. Концептуальный активизм, или уличать метафоры в существовании

Posted: Октябрь 26, 2010 in Библиотека

В спорах о формах пересечения искусства и политического всегда присутствуют два само собой разумеющихся начала, теоретическая консистентность которых давно не подвергалась сомнению – это концептуализм и акционизм/активизм. Давно слившемуся с созданием объектов производству концептуальных высказываний противостоит мобилизационная риторика непосредственной аппеляции к политической действительности через прямое (более или менее театрализованное) действие. Сосредоточенность на устройстве самого медиума (к примеру языка) первого противопоставляется императиву самодемонстрации, арт-терапевтического смотра сил второго. Однако не являются ли и создание объектов и перформативное производство во многом равно ущербными в своей педагогике репрезентации или стремлении доставать до реальности. Не потому ли что оба они ориентируются на определенный и, скажем, забегая вперед, отживший режим политического, ни то ни другое не способно быть убедительным и эстетически.

С 60-х годов «реальность» была осмыслена как определенный дискурсивный конструкт, как система репрезентации, реализуемая в социокультурном, историческом контексте и с ним неразделимая. Власть в этой схеме является прежде всего символической, семиотической практикой. Она заключается не в дискриминации, но, напротив, в усиленном внимании к дискурсивному конструированию современных идентичностей, таким образом, не угнетая свободного и естественного до того индивида, но собственно учреждая, производя субъекта так, что ему предзаданы определенные практики и способы действования. Таким образом, работа критики здесь должна видеться в том, чтобы видеть в отправлении определенных  повседневных (не в последнюю очередь и в смысле их автоматизированности, стертости) социальных практик и дискурсов воплощение некоторых концептуальных метафор, сообразно с которыми нам приходится выражаться и действовать. Действенный метод критики мог бы заключаться тогда в гиперболизации и -вообще объективации — подобных дискурсивных априори, в их оглашении и разыгрывании. Чтобы конкретизировать подобный метод, можно сравнить его с родственным в некоторой степени приемом буквализации метафоры в поэзии — наприме, у Маяковского, только если у него это носило производительно-демиургический характер (оптика гения оживляла метафоры в языке и для языка), то в данном случае речь идет скорее об рецептивно-аналитическом походе к таким риторическим и эпистемологическим конструкциям, как концептуальные метафоры. Речь идет об уличении их в существовани, неотступном и навязчивом присустствии, причем, как было сказано, крайне продуктивном и «вне языка».

Памятник конструктивизма подвергается перестройке современным капиталом, строительные леса, опоясывающие который, покрыты рекламой буржуазного театра. Подобная повседневная ситуация, попавшая в критический фокус, в точности соответствует метафоре культуры как надстройки, покрывающей базис производственных отношений, или несколько более редукционистски, ширмой, скрывающей экономические интересы, иллюзионом господствующей идеологии.

От обвинений в или даже от опасности редукционизма здесь может уберегать только достаточно искусная и самоироничная форма высказывания: риторика разоблачительства в подобном высказывании не должна превалировать над его статусом поделки языка (который обнаруживает себя в интонации), трезвость и прямота критики должны сочетаться с включенными намеками на собственный фантазматический характер. Воображение непременно должно явить себя как больное, но в то же время, должно быть понятно, за что оно болеет политически.

Вне организации нет высказывания, поэтому подобный метод должен в первую очередь быть направлен не на критику содержания сообщений, а на анализ самой формы организации высказываний. Исходя из всего этого, неизбежно возникает вопрос о мере нужды и форме прецедента, достаточного для совершения акта критики – оказывается ли таковым эпизод наступления на гражданские свободы или таковым является уже сама дискурсивная ткань повседневности, чье довление неизбежно ощущается. Наш метод мы бы назвали концептуальным активизмом, поскольку он включает в себя как герменевтическое усилие, так и последующую постановку на социальных подмостках.

Advertisements

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s